Редактирование: TEMP:01●35●22-01●35●26 (раздел)

== 46.3. История с Реувеном и Билhой (01:35:22-01:35:26) ==

'''И было, во время пребывания Израиля в той стране, пошел Реувен и лег с Билhой, наложницею отца своего. И услышал Израиль.'''

'''И было сыновей Яакова двенадцать.'''

'''Сыновья Леи: первенец Яакова Реувен, и Шимон, и Леви, и Йеhуда, и Иссахар, и Зевулун.'''

'''Сыновья Рахели: Йосеф и Биньямин.'''

'''Сыновья Билhи, рабыни Рахели: Дан и Нафтали.'''

'''А сыновья Зилпы, рабыни Леи: Гад и Ашер. Это сыновья Яакова, которые родились у него в Падан-Араме.'''

'''Пошел Реувен и лег с Билhой, наложницею отца своего. И было сыновей Яакова двенадцать:''' Сообщение о том, что Реувен «лег с Билhой», продолжается в том же стихе словами «и было сыновей Яакова двенадцать» – т.е. Реувен не исключен ни из числа сыновей Яакова, ни из списка родоначальников колен. Согласно традиции, это указывает, что его преступление не было столь серьезным, как это может показаться нам из простого чтения текста Торы.

Мидраш утверждает, что Реувен не находился в интимных отношениях с Билhой, но всего лишь привел в беспорядок ложе отца, улегшись там, где сыну не положено было находиться. Такого рода поведение рассматривается как тяжелый грех и уподоблено прелюбодеянию, - но конечно на самом деле им не является.

Если бы прелюбодеяние действительно произошло, то позже, в Израиле, колено Реувена не смогло бы участвовать в заключении Завета на горе Гризим и Эйваль и произнести «амен» на слова: «Проклят тот, кто ляжет с женою своего отца... И скажет весь народ: амен!» (Втор. 27:20).

Реувен – самый «человечно-простой» из сыновей Яакова, его действия, как достойные, так и ошибки, очень наивны. Мидраш объясняет ситуацию так: пока была жива Рахель, ложе Яакова, т.е. его личное спальное место, стояло в шатре Рахели. И Лея, и сыновья признавали такой порядок вещей, ставивший Рахель на первое место в семье. Но после ее смерти Яаков, вместо того чтобы перенести свою кровать в шатер Леи, перенес ее в шатер Билhи, служанки Рахели, - продемонстрировав, что для него воспоминание об умершей Рахели важнее живой Леи. Реувен, старший сын Леи, не смог вынести такого унижения матери. Возмущенный действиями Яакова, он привел в беспорядок кровать отца и вытащил ее наружу из шатра Билhи. И за то, что Реувен посмел вмешаться в интимную жизнь своего отца, Писание возвело на него видимость обвинения в прелюбодеянии.

Реувен и его колено не были лишены места в среде еврейского народа, но из-за этого поступка Яаков лишил Реувена первенства. Руководство должно находиться в руках хладнокровных и взвешенных людей, а скоропалительная эмоциональность и чрезмерная прямота не должны быть у власти.

Однако демарш Реувена все же произвел позитивное влияние на отца: услышав о случившемся, Яаков реагировал уже как Израиль (стих 22), т.е. в рамках национальной ответственности, и поэтому своего места среди колен Реувен не потерял.

Перечисляя детей, Тора описывает здесь (и в последующих стихах) структуру семьи. В рамках семьи Яаков остается Яаковом, его дети – из Падан-Арама (т.е. потомки Лавана), а общее первенство пока что остается у Эсава. Настоящим Израилем становится не Яаков, но лишь его потомки.